Печать страницы

«Особая тройка» для террористов

Дикие полномочия создаваемой в России комиссии по борьбе с финансированием террористов будут использованы, по мнению юристов, против оппозиции, инакомыслия и неугодных бизнесменов.

Владимир Путин 18 ноября своим указом создал комиссию, которая без решения суда сможет арестовывать деньги и имущество граждан и организаций, заподозренных в причастности к террористической деятельности и ее финансированию. Юристы указывают на то, что Россия вкладывается в экономику США, которые финансируют ИГИЛ, и вспоминают Чечню, заваленную оружием и деньгами перед войной.

Состав межведомственной комиссии будет определен президентом, но, по всей видимости, в нее войдут представители ФСБ, Следственного комитета, Росфинмониторинга, Центробанка, прокуратуры и других ведомств. Председателем комиссии будет чиновник уровня заместителя главы федерального органа исполнительной власти. Решение о возможной причастности к терроризму или его финансированию члены комиссии будут принимать на основе сведений, полученных от правоохранительных органов России и других стран.

Предполагается, что это будет голосование: если хотя бы один член комиссии проголосует против, репрессий не будет.

Благоприятный фон

Решение о создании комиссии принято на фоне громких террористических актов, произошедших в Европе за последний месяц. 31 октября в Египте разбился самолет А321 российской авиакомпании «Когалымавиа», а 17 ноября директор ФСБ Александр Бортников заявил, что причиной катастрофы стал взрыв самодельного взрывного устройства на борту.

«Президент поручил нашим спецслужбам принять меры для установления всех, кто причастен к организации этого чудовищного теракта. Поручил искать их по миру без какого-либо срока давности и уничтожить всех этих людей», — заявил на днях пресс-секретарь Путина Дмитрий Песков.

В середине ноября в семи районах Парижа произошли вооруженные нападения и взрывы, в результате которых погибли не менее 140 человек.

«Эта трагедия стала очередным свидетельством варварской сущности терроризма, который бросает вызов человеческой цивилизации. Очевидно, что для эффективной борьбы с этим злом требуется реальное объединение усилий всего международного сообщества», — заявлял Путин.

Кто финансирует террористов

В пятницу, 20 ноября, СМИ со ссылкой на данные Росфинмониторинга объявили, что в 2013 – 2014 годах около 3,5 тыс. граждан России направляли деньги террористическим группировкам, а в 2015 году общий объем переводов в помощь запрещенному в ряде стран «Исламскому государству» (в том числе через практику сбора средств в социальных сетях) составил 300 млн рублей.

Между тем российские власти еще ни разу не объявили о том, чтобы был осужден или хотя бы задержан какой-нибудь крупный спонсор террористов. На это противоречие обращали внимание сотрудники петербургских банков, которые в 2014 году жаловались на ужесточение надзора со стороны ЦБ, выраженного в самом страшном для банкиров документе — Федеральном законе «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма».

Весьма скудна и сама судебная практика. Ответственность за содействие терроризму, в том числе его финансирование, в России предусмотрена статьей 205.1 Уголовного кодекса РФ. За все время существования системы ГАС «Правосудие» (с 2006 года) суды всех 85 субъектов Федерации рассмотрели по этой статье 14 уголовных дел, большинство из которых касаются даже не финансирования террористов, а вербовки граждан для вступления в их ряды и других преступлений подобного характера.

Самый выразительный случай — приговоренный к пожизненному сроку в августе 2015 года экс-мэр Махачкалы Саид Амиров, который, по мнению следствия, через своего племянника Юсупа Джапарова организовал в 2011 году убийство следователя Следственного комитета и обстрел ТРК «Москва» в Каспийске. Остальные примеры куда более скромные.

Так, например, в конце 2014 года трехлетний срок получила жительница Петербурга Черкасова, которая через Интернет собирала деньги на покупку карабина для своего знакомого, который собирался в Сирию воевать за боевиков. В прошлом году в Москве годичный срок за содействие террористам получил активист запрещенной в России организации «Хизб-ут-Тахрир» Сиддиков, который еще в 2005 году был осужден за участие в этой запрещенной организации. В Москве и Петербурге больше прецедентов не было.

В других регионах подобные случаи также единичны. Год назад в Волгоградской области судили судью Волжского городского суда за «содействие терроризму», после того как она ушла с работы из-за плохого самочувствия и работники Следственного комитета из-за этого не смогли попасть к ней после обысков у предполагаемых организаторов в 2013 году взрыва машины у здания ГИБДД в Пятигорске. Ее отсутствие могло повлечь признание следственных действий незаконными, а доказательств, полученных в ходе обысков, — недопустимыми, посчитал суд.

В Липецке сейчас рассматривается уголовное дело выходца из Азербайджана Гаджиева, который на местном рынке торговал яблоками, а прибыль направлял своему брату, по мнению следствия, воевавшему на стороне группировки «Воины Великой Сирии». В 2014 году брат был убит. Наконец, в Карачаево-Черкесской республике в 2014 году осудили гражданина Байрамкулова, который, сидя в «Жигулях», передал участникам незаконного вооруженного формирования 1 тыс. рублей. Купюру нашли в схроне, где террористы прятали оружие и боеприпасы.

Оппозиция против

По мнению адвоката Павла Лепшина, комиссия для борьбы с финансированием терроризма прежде всего будет заточена для борьбы с гражданами и организациями, по каким-то причинам ставшими неугодными властям.

«Сам по себе орган подменяет суд, хотя, по всей видимости, никакие члены Верховного суда в комиссию входить не будут. Монополизация совершенно диких полномочий у этой комиссии означает, что любой хозяйствующий субъект решением какого-то междусобойчика может быть ограничен в фундаментальных правах — в праве на владение и распоряжение собственностью. Я бы не удивился, если бы, скажем, история с дележом авиакомпании «Трансаэро» началась чуть позже и эта комиссия, например, заблокировала бы ее счета под предлогом перевода денег аэропорту какой-нибудь близкой к террористам страны», — считает Лепшин.

Он также отметил, что полномочиями определять достаточность оснований причастности к финансированию терроризма, которую будут определять члены комиссии, по закону может обладать только суд (по ходатайству следствия).

Лепшин обратил внимание на отсутствие широкой судебной практики по вопросам финансирования терроризма и предложил взглянуть на другое явление, которое, по его мнению, раскрывает перед глазами будущих членов комиссии подлинный предмет для изучения. В октябре Центробанк РФ купил у Казначейства США государственные облигации на $7,8 млрд, увеличив объем своих вложений в американскую экономику до $89,9 млрд (половина бюджета России).

В то же время ни для кого не секрет, что США активно финансирует так называемую «умеренную сирийскую оппозицию», которая помогает группировке «Исламское государство».

В августе об этом заявил сенатор штата Кентукки Рэнд Пол: «ИГ получило $1 млрд в виде американских военных внедорожников Humvee…»

В сентябре об этом заявил президент РФ Владимир Путин: «Под знаменами так называемого ИГИЛ воюют десятки тысяч боевиков, среди них бывшие иракские военнослужащие, ливийцы, также его пополняют так называемые сирийские члены оппозиции, поддерживаемые Западом… Состояние дел более чем опасно. Здесь безответственно выступать об угрозе международного терроризма и в то же время закрывать глаза на финансирование терроризма. Последние данные о передаче оружия этой «умеренной оппозиции» — тому подтверждение».

«Получается, что Центробанк финансирует страну, которая дает деньги террористам в Сирии», — говорит Лепшин.

Он также привел и другие примеры. Перед первой войной в Чечне министр обороны РФ Павел Грачев вывел войска из республики, оставив там все армейские склады (слова бывшего вице-президента РФ Александра Руцкого). Более того, во время войны участники российских войск неоднократно видели у боевиков абсолютно новую военную технику, которую выпускают только российские военные заводы (наблюдения бывшего военнослужащего, свободного журналиста Аркадия Бабченко).

«Плюс непосредственно перед войной Чечня была завалена кредитами, она купалась в деньгах, — говорит Лепшин. — Получается, с одной стороны, мы финансировали террористов, а с другой типа воевали с ними же. Вот на что надо обращать внимание».

Адвокат Иван Павлов, который защищает в липецком суде азербайджанца Гаджиева, обвиняемого за перевод $3 тыс. своему брату, воевавшему на стороне «Воинов Великой Сирии», также считает, что полномочия комиссии могут быть использованы не по назначению.

«Формулировки указа настолько размыты, что позволяют применять полномочия в качестве орудия борьбы с инакомыслием и политической оппозицией. Этот подход не новый и используется в России давно. Что касается отсутствия гласных примеров масштабного финансирования терроризма, расследованием таких дел занимается ФСБ, которая до вынесения приговора не любит широкой огласки. А если эти дела действительно ведутся, да еще и под таким покровом секретности, там могут таиться и нарушения прав человека, и все, что угодно», — сказал Павлов.

В указе есть и другие нюансы. Во-первых, определение достаточности оснований для принятия решения об аресте денег и имущества находится в компетенции правоохранительных органов, а в указе сказано, что этим будут заниматься члены комиссии, говорит ведущий юрист Smart Lawyers Company Денис Тишков. При этом указ президента не содержит состава членов комиссии, и неизвестно, будут ли в ней представители МВД и ФСБ.

«Не говоря уже о том, что категория «достаточные основания» в существующей правоприменительной практике в России нередко имеет чересчур расширительное (расплывчатое) толкование», — говорит Тишков.

Помимо этого, согласно указу, размер «ежемесячного гуманитарного пособия» определяется Законом «О противодействии легализации (отмыванию) доходов…», то есть составляет не более 10 тыс. рублей. «С учетом нынешнего уровня цен и инфляции, безусловно [размер пособия], является крайне незначительным, при том что такие меры будут фактически применяться к лицам, в отношении которых на момент «замораживания» операций с имуществом не принято судебного решения о признании последних виновными в совершении преступлении террористической направленности», — говорит он.

«Предоставление же какого-либо пособия юридическим лицам в случае заморозки их счетов и имущества указом президента и федеральным законом не предусмотрено вообще», — заключил Тишков.

Отметим, что все решения комиссии о заморозке счетов или имущества ее члены обязаны будут публиковать на сайте Росфинмониторинга.

Источник: Александр Аликин, «Фонтанка.ру»

http://www.fontanka.ru/2015/11/16/153/